+7(495)103-45-86
Быстрый заказ и связь с курьером, с 10:00 до 20:00

Браслет АВР-051 для коррекции артериального давления

"Mediadoctor, передача "Медицинские гаджеты"

Прямой эфир: 21 дек. 2017 г. В гостях: Всеволод Махов - ведущий эксперт в области медицинских технологий Научно-производственной компании "Инферум", Юрий Гулько - основатель многопрофильной клиники "Центр Немецкой реабилитации "Самсон".



Олег Смирнов: Добрый вечер! В эфире Mediametrics, программа «Медицинские гаджеты». Сегодня в гостях у нас Всеволод Махов, компания «Инферум». Компания корнями из Екатеринбурга, но при этом высокотехнологичная компания. И Юрий Гулько. Эксперт по медоборудованию! 

Всеволод Махов: Добрый вечер!

Юрий Гулько: Добрый вечер!


Олег Смирнов: Всеволод,  вопросы сегодня больше к тебе, вчера поступили из Интернета, сразу были вопросы по поводу устройств. Что это за браслет? Как он может корректировать безмедикаментозно артериальное давление человека? Что вы Екатеринбурге в своих секретных предприятиях такое разработали?

Всеволод Махов: Мы не делаем секрета из наших разработок, потому что о том, как лечить артериальную гипертонию должен каждый. Это на сегодняшний день самое распространенное хроническое заболевание в мире. В нашей стране гипертония уносит почти каждую вторую жизнь. То есть сердечно-сосудистая смертность у нас гигантская. Рак, СПИД даже не пытаются с ней конкурировать. Поэтому мы уже три года изготавливаем устройство, которое называется «АВР-051». Это физиотерапевтический прибор.


Олег Смирнов: Секретное военное название, в духе Советского Союза.

Всеволод Махов: Да, вообще, между нами говоря, это английская аббревиатура – Аrterial Вlood Рressure (артериальное кровяное давление). Это устройство действительно помогает корректировать артериальное давление как гипертоникам, так и гипотоникам.


Олег Смирнов: Так, вот давай сейчас разберемся. Помогает корректировать, лечит или что оно в итоге делает?

Всеволод Махов: Вообще, кардиологи всегда очень нервно реагируют на слово «лечить артериальную гипертонию». Почему? Потому что это заболевание, имеется в виду, эссенциальное так называемое (беспричинная артериальная гипертония), а это 90% случаев всех гипертоний, остальные симптоматические, это заболевание на сегодняшний день является неизлечимым, но жить с ним можно. Поэтому излечить его нельзя, но лечить можно. Лечить можно. У нас до сих пор многие считают, что при артериальной гипертонии давление нужно снижать. То есть дождаться пока оно поднимется, а потом его уронить и получить инсульт.


Олег Смирнов: Перспективы такие нарисовал.

Всеволод Махов: По-честному, получить инсульт, да? Во всем мире уже давным-давно перешли к поддержанию нормального давления. Собственно, все препараты, которые сейчас были упомянуты, они предназначены для того, чтобы не дать давлению подняться. Собственно, для этого и служит АВР-051 в том его применении, которое идет для гипертоников. Вообще, как регулируется давление? Вот чтобы понять, как работает этот прибор, надо понять, как регулируется давление. То есть у нас почему-то большинство пациентов считают, что давление поднимается тогда, когда начинает активнее работать сердце.


Олег Смирнов: Не всегда.

Всеволод Махов: Собственно, я бы сказал, даже редко. То есть да, такой механизм есть.


Олег Смирнов: Я вот как раз, из тех, когда пульс, и, в принципе, не связан с давлением.

Всеволод Махов: Да, ну, это, на самом деле, повышение давления из-за действительно увеличения сердечного выброса. Это не так часто и бывает. Это, скорее, редко бывает. А в основном все-таки давление у нас меняется из-за изменения сосудистого тонуса. То есть каждая артерия в нашем организме имеет несколько слоев в своей стенке, а этих артерий у нас очень много – порядка 80 000 километров артерий в теле человека. Это можно Землю дважды обмотать по экватору и еще столько же вен. Так вот, каждая артерия имеет в своей стенке гладкую мускулатуру. И эта мускулатура и регулирует в основном у нас давление. То есть если продолговатый мозг дает команду, если нужно по какой-то причине давление поднять. Ну, например, мы убегаем от фашистов. Стресс, требуется больше сил, давление поднимается, пульс увеличивается. Бежим. Убежали. После этого отошли от стресса – давление нормализовалось. То есть регулирование давления нужно именно для этого – чтобы приспосабливаться к разным, в том числе опасным, ситуациям. Но иногда этот механизм выходит из-под контроля, и сосудистый тонус повышается без причины и без надобности. То есть сидим вот мы спокойно в студии и разговариваем как культурные люди, а у одного из нас давление, предположим, 200.


Олег Смирнов: Запросто, кто эфиры-то не ведет, тот, наверно, по первой-то непривычно.

Всеволод Махов: Да, конечно, у кого-то это и стресс может быть, а у кого-то может быть без причины. Так вот, собственно, на что мы влияем, применяя АВР-051? Я сейчас сниму часы, чтобы показать наглядно. Предположим, я гипертоник. А на самом деле я гипотоник. У меня давление низкое.


Олег Смирнов: Я обратил внимание, что на одну сторону оденешь – гипертонию лечишь, на другую сторону – гипотонию.

Всеволод Махов: Да, но еще и кнопки надо выбирать правильно. То есть здесь две кнопки. Одна для гипертоников, другая – для гипотоников. То есть синяя рука изображена рядом с кнопкой для гипотоников, красная рука изображена рядом с кнопкой для гипертоников. Запомнить очень просто. У гипотоников синие руки, у гипертоников красная рожа.


Олег Смирнов: Хорошо. Все просто.

Юрий Гулько: Образно.


Всеволод Махов: Так вот, суть в чем? Устанавливаем на рефлексогенную зону на левом запястье вот этот самый прибор, включаем. Прибор на батарейках, работает на электричестве. Включаем. Начинается воздействие электрическим током на рефлексогенную зону, и мы получаем рефлекс продолговатого мозга. Дело в том, что у нас вот здесь, в затылке, чуть ниже даже, находится продолговат мозг. Это место, откуда управляются все самые примитивные, но при этом самые жизненно важные функции организма: дыхание, сосудистый тонус и т.д. Там есть в частности сосудодвигательный центр. Есть такая структура. И вот этот сосудодвигательный центр управляет, грубо говоря, всей нашей сосудистой сетью – вот этой гладкой мускулатурой наших мелких и мельчайших артерий, в которых и регулируется давление. И вот мы добиваемся от продолговатого мозга, от сосудодвигательного центра, чтобы он дал команду гладкой мускулатуре мелких и мельчайших артерий подрасслабиться чуть-чуть. Не сильно. Ни в коем случае не сильно. Потому что если мы расслабим ее как следует – мы пациента уроним на пол. Нам это совершенно не нужно. Сеанс один.


Олег Смирнов: То есть этот прибор – может как бы подрасслабить, но при этом не довести до лежки, скажем так?

Всеволод Махов: Да, ни в коем случае не резко. То есть, собственно, у нас пациенты. Ну, мы сажаем пациента, меряем ему давление. У него, предположим, 165. Мы ставим прибор, включаем, он 5 минут работает, то есть носить постоянно прибор на руке не надо. 


Олег Смирнов: Это не спортивный браслет.

Всеволод Махов: Да. 5 минут идет программа. Потом прибор автоматически отключается. Дает звуковой сигнал – можно снимать. Затем снимаем прибор, меряем снова давление. Давление стало, предположим, 158. Человек говорит: «Что-то мало как-то изменилось». Ну все же хотят сразу 120 на 80.


Всеволод Махов: Через 10-14 дней регулярного наблюдения, да. И вообще, надо прекрасно понимать, что в лечении артериальной гипертонии не бывает курсов. Вот я знаю кучу людей, которые говорят: «Да не буду я лечить гипертонию. Я вот два раза в год буду ложиться в больницу, меня там прокапают, меня там все». Потом спрашиваешь: «А где Петров?» – «Умер». От инсульта. Или о только инфаркта. Почему? Потому что пока он лежит в больнице – его лечат. Ему дают таблетки, его капают и т.д. А потом он выходит, никакого прописанного врачом лечения не принимает. Говорит: «А чего я буду таблетки пить?» И гипертония планомерно подтачивает его организм, то есть она разрушает органы мишени: сердце, сосуды, головной мозг, почки, печень. Больше всех, конечно, страдают сосуды и мозг и левый желудочек сердца – стенка левого желудочка сердца. Так вот, гипертония – это как сахарный диабет, лечится каждый день, чтобы не дать.


Олег Смирнов: Лечится или все-таки корректируется? Погоди, давай опять вернемся.

Всеволод Махов: Строго говоря, это лечение, которое нужно получать постоянно. Если мы допустили, что давление поднялось. Вот добились мы, предположим, у пациента стабилизации давления, неважно с помощью каких средств. Добились. Затем он говорит: «Ну а че я буду продолжать? Я же вроде как добился эффекта. У меня же давление теперь 120 на 80». Отменяет лечение. И давление опять лезет вверх. Опять удар по органам мишеням. Опять риск инсульта, риск инфаркта, почечная недостаточность и т.д. и т.д. Гибнут нейроны головного мозга, подступает деменция.


Олег Смирнов: Я понял. Вы три года как уже запустились.

Всеволод Махов: Да, скажем, моя мама уже больше трех лет применяет прибор.


Олег Смирнов: Какие у нее сейчас циферки?

Всеволод Махов: Целевые. До 100. То есть, скажем так, в ее случае целевые цифры давления должны быть ниже 130. Дело в том, что по сегодняшним меркам 130 на 90, то есть около двух лет назад был принят консенсус, что 130 на 90 – это уже гипертония. Это давление, которое уже, так сказать, влияет негативно на состояние человека. То есть раньше мы говорили, что 140 на 90 – это гипертония, и то нам пациенты не верили. Говорили: «140 на 90 – разве ж это гипертония? Вот у моей бабушки – 260 бывает. Вот это – да! Вот это гипертония!» А 140 на 90 никто не воспринимал как проблему. А мягкая гипертония в плане риска, осложнений – она же ничем не хуже жесткой, понимаете?


Олег Смирнов: Ну, наверно, да.


Всеволод Махов: А дело в том, что гипертония, она ведь до поры до времени никаких симптомов не имеет. Единственное, чем она проявляется, – это цифрами на экране тонометра. Вот если взять сейчас 100 человек примерно моего возраста, у которых ничего не болит, все прекрасно и отлично себя чувствуют, и промерить им всем давление, у половины окажутся высокие цифры. У половины. И это проблема. То есть проблема в том, что гипертония себя не проявляет. Почему ее и называют ласковым убийцей. Ласковый убийца, который подкрадывается к человеку и поражает его в жизненно важные органы. Потому что до того момента как появятся симптомы, она уже там так накуролесит – там уже и гипертрофия левого желудочка сердца будет, а это риск сердечной недостаточности, это риск нарушения ритма сердца, в том числе смертельный, там уже почки, там уже в моче белок, там уже атеросклероз сосудов, вызванный повышенным давлением. И вот проблема в том, что люди не меряют давление, и пока не бахнет гипертонический криз, они даже не знают, что у них гипертония. Вот я просто всех, кто нас сейчас смотрит, призываю взять и померить давление. Вот пройдет часик после передачи.


Олег Смирнов: Юрий Ильич, я вот теперь к вам. То есть вы, как, по сути, представитель в Москве, то есть какую-то некую дистрибуторскую функцию взявший на себя по этому прибору. И как, наверно, евангелист этого устройства, испытывающий его на себе, вот расскажите про взаимоотношения между заводом, «Швабе», вами. Как сейчас вот эта ситуация обстоит? Что нужно сделать, чтобы приобрести его?

Юрий Гулько: Прежде всего, я хочу сказать, что «Инферум» – это относительно небольшая инжиниринговая медицинская компания, которая собрала в себе врачей, инженеров, разработчиков, и они, действительно, сделали очень хороший продукт, который получил признание не только в России сейчас, но и за рубежом, то есть она успешно.


Всеволод Махов: И более половины экспортируется.


Юрий Гулько: Да, то есть они экспортируют. И в Чехословакии, я знаю, у них есть дистрибутор. Они делают сейчас в Америке (FDA). В арабские страны. Поэтому, прибор, действительно, интересный. И всей этой темой сейчас заинтересовалась компания «Ростехнологии», которая, в общем-то, по своим, одной из функций, или миссии, как говорится, – это создание медицинского оборудования. И в рамках торгового дома «Швабе», который объединяет как раз медицинскую торговлю в «Ростехнологиях» и производство, они создали такую зонтичную структуру, которая будет, под себя хочет взять, во-первых, все современные медицинские разработки в России. Это не только этот прибор, это еще масса приборов, как вот мы говорили о виртуальной реальности в реабилитации, и другие для реабилитации приборы, плюс они занимаются локализацией медицинских технологий, как, например, iHealth. Можете упомянуть об этом. И масса-масса приборов. И то, что я слышал в докладе Чемезова на последнем юбилее – 10-летии концерна, о то, что они хотят к 2025 году довести производство гражданской продукции до 50%. То есть мы являемся важным партнером компании «Швабе», которая является зонтичной структурой и выполняем функцию дистрибутора. Поскольку в нашу компанию входит не только торгующая компания, а клиника – многопрофильный центр «Самсон», где мы занимаемся лечением, диагностикой, реабилитацией. Мы являемся такой тестовой площадкой, где мы предлагаем своим пациентам этот интересный девайс, или это устройство, и, как я говорил, много разных других.


Юрий Гулько: На себе. Я на выставке «Здравоохранение». Это прошло, закончилось 9-го числа. Начал.


Олег Смирнов: Недели две-три, наверно, да?

Юрий Гулько: Да. То есть я вот около десяти дней принимаю. Я снизил пока дозу приемки своих как бы фарм. препаратов. У меня одна таблетка, я просто ее дозу понизил. Но я не рискую, как говорится, отказываться, потому что думаю, что это процесс такой, ну, как говорят, постоянного лечения. Это уже я буду экспериментировать над собой, поскольку это в характере – попробовать на себе. Но уже какой-то результат есть. Если бы я, наверно, занялся этим лет пятнадцать-двадцать назад, то, он, наверно, бы был более очевидный.


Олег Смирнов: Но они только три года как сделали, говорят. А кардиолог ваш в клинике что говорит по поводу устройства?

Юрий Гулько: Вячеслав сегодня беседовал как раз с нашим кардиологом. Кардиологи – вообще очень такие скептичные люди.


Олег Смирнов: И правильно делают, так и надо.

Юрий Гулько: Да. И я думаю, пусть Всеволод, как врач, скажет. Они знают о подобных приборах, которые появлялись. Просто до этого эти приборы были не так красиво и элегантно сделаны, потому что он, во-первых, выглядит очень – как красивый, ну, как говорится, хорошая западная игрушка.


Олег Смирнов: И вообще подарить не стыдно? В руки взять не стыдно?


Олег Смирнов: В преддверии праздников предлагаем.

Юрий Гулько: Да. Предлагаем акцию в своей клинике. Даже снизили цену. То есть в районе 15 000. Мы очень оптимистично смотрим. Мы считаем, что такая вот электронная аптечка должна быть у каждого человека, потому что это намного выгоднее и эффективнее, чем принимать химию, которая со временем, надо постоянно увеличивать дозы, надо.


Олег Смирнов: Еще непонятно, как она на другие органы и взаимодействует с другими препаратами.

Юрий Гулько: Да, как она действует на другие органы. Поэтому мы в клинике применяем очень много технологий, как вы знаете.


Олег Смирнов: Да.

Юрий Гулько: Лечим аллергии без химии, без всего, используя всякие электромагнитные способы, и то, что касается опорно-двигательного использования (магнитный резонанс и прочее). То есть много. Я не буду на этом останавливаться, потому что фокус нашей передачи.


Всеволод Махов: Да, тут, понимаете, очень важно – что? Дело вот в чем. Дело в том, что если давление дошло до 130 на 90, – очень важно завести своего терапевта.


Олег Смирнов: Мы вернулись. Всеволод, кроме непосредственно этого прибора, ваша компания же делает еще и другие устройства. Это, я так понимаю, устройство для диагностики?


Всеволод Махов: Да, но я бы не сказал, что именно для диагностики. Это так называемый доклинический тест на основе электропунктурной технологии.


Олег Смирнов: Бытовой прибор или медицинский?

Всеволод Махов: На сегодняшний день это бытовой прибор в России. Дело вот в чем. Дело в том, что сейчас по всему миру стремительнейшим образом развиваются разного рода доклинические тесты.


Олег Смирнов: Абсолютно согласен.

Всеволод Махов: То есть, собственно, фитнес-браслет – это тоже в какой-то мере доклинический тест, потому что с его помощью можно увидеть тоже некоторые.


Олег Смирнов: Предиктивная медицина, да. В этом есть смысл.

Всеволод Махов: Да. Потому что когда уже появились симптомы, очень многие заболевания находятся в той стадии, когда помочь либо очень дорого, либо очень больно, либо невозможно. Поэтому сейчас весь мир. Почему у нас, собственно, более, опять же, значительно более половины вот этих устройств, экспортируются в Западную Европу, в Юго-Восточную Азию? Потому что там уже люди поняли, что даже ежегодная диспансеризация – этого мало.


Олег Смирнов: А там какой-то сертификат? Там вы его как продаете?

Всеволод Махов: А там тоже как Wellness-прибор.

27:31

Олег Смирнов: Тоже как Wellness идет, да?

Всеволод Махов: Да. То есть это устройство, которое позволяет в течение 3-х минут, вот если подключить его к планшету на базе Android или к компьютеру на базе Windows, то в течение 3-х минут можно получить оценку состояния человека по четырем группам параметров. Это «общее состояние».


Всеволод Махов: Некоторые вещи – действительно. Когда мы видим, что у человека показатель истощения (то есть общее состояние) упал, когда у него высокий уровень стресса, то мы ему говорим: «Вам надо погулять, подышать свежим воздухом, отдохнуть». Вот, собственно, на выставке «Здравоохранение-2017» мы провели такой эксперимент. К нам подошел человек, мы его протестировали. Показатели безобразные. Он говорит: «А я вот тут три дня толком не спал, три дня назад я еще тут, сильно очень перебрал, и накануне перебрал, и еще накануне перебрал».


Олег Смирнов: Выставка тяжелая. Я понимаю.

Всеволод Махов: Да. Поэтому мы говорим: «Хорошо, давайте вы попробуете отдохнуть. Вот сегодня. И завтра мы вас протестируем заново. Придете – протестируем». Действительно, он на следующий день приходит и говорит: «Я отдохнул. Я погулял. Я подышал воздухом и т.д.». И, действительно, состояние резко улучшилось. То есть мы здесь видим состояние. Мы видим состояние адаптационных, грубо говоря, сил организма.


Олег Смирнов: В данном случае вы работаете с датчиком кожно-гальванической реакции. Правильно я понимаю?

Всеволод Махов: Совершенно верно.


Олег Смирнов: То есть многие работают с пульсовой волной?

Всеволод Махов: Да.


Олег Смирнов: Вы работаете несколько в другой плоскости?

Всеволод Махов: Да. Вот сейчас мы вводим нового пользователя. Это делается один раз, потом все сохраняется.


Всеволод Махов: Да. Мы вводим точную дату рождения и пол. Потому что для разных полов и разных возрастов нормальные показатели разные. А мы здесь оцениваем отклонение от нормы.


Олег Смирнов: Ясно.


Всеволод Махов: Да. Установить прибор. Вот сюда должен встать электрод, который под лампочкой. Видно, да?


Олег Смирнов: Да.

Всеволод Махов: Лампочка мигает?


Олег Смирнов: Мигает.

Всеволод Махов: Чуть-чуть повыше. Чуть-чуть повыше нужно установить. Ага, вот так. И можно удобно положить руку. И нажать кнопочку прямо на приборе.


Олег Смирнов: А он уже насколько экспериментальный или насколько он серийный, этот прибор?

Всеволод Махов: Он серийный. Их под 50 000 продано.


Юрий Гулько: А в небольшой перспективе это, наверно, будет стоять в аптеках. И, мне кажется, что это найдет такой широкий потребительский рынок в России, потому что, и снизит потребление всяких химий. Или как – фарм. химия?


Олег Смирнов: Что сейчас происходит?

Всеволод Махов: Сейчас началось тестирование. Сейчас мы производим многократные замеры кожно-гальванической реакции биологически активной точки MC 7 в течение 1-ой минуты 65 000 раз. Эта информация по проводу поступает в планшет, и там будет сравниваться с нормальными показателями для этого возраста и этого пола. И, собственно, отклонение будет оцениваться по 5-бальной шкале.


Олег Смирнов: Хорошо. То есть это 3 минуты примерно, да?

Всеволод Махов: Да, это займет 3 минуты. 20% тестирования уже прошло. Поэтому главное только не двигать рукой, чтобы прибор не съехал, иначе тестирование остановится. Так вот, собственно, этот прибор позволяет даже не только оценить, не просто оценить состояние человека – он позволяет оценить изменение состояния человека. Вот у нас сейчас спортсмены и те, кто занимается фитнесом, его очень полюбили. Почему? Потому что он позволяет оценивать эффективность тренировок и восстановление после них. То есть позанимался ты в зале час, предположим, естественно, все показатели упали. Так должно быть. Если они не упали – значит, это была не тренировка, а какое-то, что-то не годное.


Олег Смирнов: То есть плохо ходил.

Всеволод Махов: Да, хотел сказать, как есть, но постеснялся.


Олег Смирнов: Занимался. Неважно, что.

Всеволод Махов: Да. Но если в течение часа, максимум полутора, показатели не восстановились, – значит, это был уже не фитнес. Это был уже спорт. Спорт – это все-таки уже не на пользу здоровью. На пользу здоровью – физкультура. Но вот спортсмены у нас сейчас делают пять измерений в день. Вот те, кто серьезно занимается.


Олег Смирнов: Это они по своей инициативе или это ваши клинические испытания?

Всеволод Махов: Вообще, это была инициатива тренеров и спортивных врачей. То есть они где-то еще в 2013 году задали нам вопрос: «А как мы это можем использовать?» Мы говорим: «Ну вот можете оценивать, так сказать, изменения в ходе тренировочного процесса». Они говорят: «Хорошо. Значит, мы будем мерить утром после подъема, после первой тренировки, перед второй тренировкой, после второй тренировки и перед сном». И, собственно, из опыта у них выработалась какая система? После первой тренировки, естественно, показатели должны упасть по сравнению с теми, что были утром после подъема. Перед второй –немного восстановиться, но можно не полностью. Опять упасть после второй тренировки. Вечером, перед сном, они еще могут быть не очень хорошими, потому что это спортсмены – у них нагрузки. Но утром – вынь да положь хорошие показатели. Если хороших показателей по утру нет – значит, перебор. Значит, перебрали. А с физкультурниками, с не спортсменами – там все-таки помягче. 


Олег Смирнов: Помягче или у них дисциплина хуже и мерить им как бы?

Всеволод Махов: Нет, дело в том, что, ну, нельзя насиловать физкультурника так же как спортсмена. Он ведь не для того, чтобы медаль получить, а для того чтобы инженером нормально работать, занимается физкультурой, да? Поэтому он позанимался, у него. А сейчас же, понимаете, сейчас в фитнес-залах вот это все оборудование – оно же все цифровое, оно настраивается. И можно выставить себе ту нагрузку, которую хочешь. И если, например, в течение какого-то времени постоянно получать одну и ту же нагрузку, например, в течение месяца, то в какой-то момент перестанут падать показатели. А почему они перестанут падать? А потому что нагрузка стала привычной. Нагрузка стала привычной. И можно либо повысить нагрузку либо остаться на такой. Тут уж каждый сам решает. То есть если мы повысим нагрузку – мы опять начнем ронять показатели, опять дождемся, когда они нормализуются.


Юрий Гулько: Олег, опять все вернулось к тому, что, мы с тобой начинали давно говорить, что мы хотим собрать под одной крышей массу всяких девайсов, если это слово приемлемо.


Олег Смирнов: Да.

Юрий Гулько: Ты знаешь, что мы в рамках своей клиники пытаемся делать это дистанционно, чтобы у нас была возможность, как говорится, телеметрии, мы могли видеть многие параметры пациента дистанционно, даже не приходя, чтобы на нем была кнопка тревожного вызова, если необходимо, то есть и такие девайсы вы знаете. И по всему миру это такой очень модный тренд, который, я думаю, в течение трех-пяти лет ближайших сформируется, и, действительно, мы будем выглядеть, как такой дистанционный мониторируемый объект.


Олег Смирнов: В сторону телемедицины мы идем. С 1 января закон вступает в силу. Я думаю, что развитие будет, то есть появляются платформы очень интересные.


Олег Смирнов: А за популяризацией – это к вам. Вы производитель – вы и просвещением занимайтесь.

Всеволод Махов: Да, мы стараемся.


Олег Смирнов: Мы тоже будем. На этом все. Спасибо большое.

Всеволод Махов: Спасибо.


Олег Смирнов: Спасибо зрителям.

Всеволод Махов: До встречи.

Юрий Гулько: Ждем новых гаджетов.